Проверяющими был произведён анализ деятельности компаний-импортёров, в ходе которого было установлено, что спорные контрагенты предоставляли налоговую отчетность с минимальными показателями к уплате; взаимодействовали с рядом контрагентов второго звена, обладающих признаками недобросовестности; IP-адреса компаний-поставщиков совпадают, а руководитель одной из компаний являлся таможенным представителем при декларировании товаров как для собственной компании, так и для остальных спорных импортёров.
Кроме того, на сайте проверяемой организации было указано, что она является эксклюзивным поставщиком и представителем в России производителей и брендов, продукцию которых она приобретала через спорных импортёров. На этом основании налоговым органом был сделан вывод о том, что организация вполне могла работать с указанными производителями напрямую, а включение в цепочку импортёров носит фиктивный характер и осуществлено умышленно с целью получения необоснованной налоговой выгоды. В результате доначисления по Акту проверки составили более 30 млн.рублей.
Изложенные в Акте претензии проверяющих выглядели весьма солидно, и даже сам руководитель компании на момент обращения к консультантам не верил в итоговый успех, хотя и уверял что не имеет никакого отношения к компаниям-импортёрам, которые были предоставлены таможенным брокером.
Однако, в процессе изучения документов заказчика и материалов проведённой проверки с целью подготовки письменных возражений на Акт, выяснилось что проверяющие отразили результаты проведённых контрольных мероприятий избирательно, и исключительно с обвинительным уклоном:
так, например, импортёры действительно были связаны между собой через сотрудников, руководителей и IP-адреса. Однако, в материалах проверки отсутствовали доказательства, свидетельствующие о подконтрольности контрагентов непосредственно проверяемой компании.
Вместе с возражениями были предоставлены выписки из книг продаж контрагентов, подтверждавшие отражение в отчётности реализации в адрес проверяемой компании. Таким образом, если какие-то нарушения налогового законодательства и были в действительности совершены спорными контрагентами, это должно было стать предметом отдельной проверки их деятельности, не имеющей отношения к покупателю.
Также в возражениях было указано, что довод о наличии эксклюзивных отношений с иностранными производителями не подтвержден документально и опровергается представленными с возражениями сведениями о наличии иных поставщиков продукции указанных производителей на территории РФ. Данные на сайте компании таким образом носят исключительно маркетинговый и рекламный характер.
Реальность сделок со спорными контрагентами была подтверждена представленными в ходе проверки, а также вместе с возражениями ГТД (подтверждают факт ввоза товара на территорию РФ и уплаты ввозных платежей и пошлин), транспортными документами – ТТН и путевыми листами (подтверждают транспортировку товара от поставщиков к проверяемой организации, при этом заказчиками перевозки выступали именно импортёры, и отгрузка осуществлялась с их складов), а также сведениями о последующей реализации приобретённых у спорных контрагентов товаров.
Несмотря на наличие указанной информации, проверяющими не определен реальный размер налоговых обязательств с учётом наличия данных, подтверждающих реальность поставки, стоимость приобретённой продукции и факт декларирования и уплаты на таможне всех платежей и пошлин.
Изучив представленные в возражениях доводы, проверяющие ушли на дополнительные мероприятия налогового контроля, однако так и не сумев опровергнуть версии, изложенной налогоплательщиком, в итоговом решении по результатам проверки снизили размер доначислений более чем в два раза.